Four Lost Souls

Никто проснулся от того, что кто-то громко хлопнул дверью. Он сонно зашевелился, пытаясь устроиться на кровати поудобнее, слегка приоткрыл глаза и тут же шарахнулся в сторону, встретившись с ослепительно сияющим хитрым взглядом Зиллаха. Тот лежал на боку и лениво улыбался, наблюдая, как Никто ошарашенно таращится на него.
- Привет, - улыбнулся ему Зиллах. Все тот же игривый и беззаботный Зиллах, словно событий прошлого вечера и вовсе не было. Впрочем, может вовсе и не прошлого? Никто не знал точно, сколько он пробыл в отключке. Либо это Зиллах так быстро восстановился, либо это он так долго отсыпался.
- Иди ко мне, - поманил его Зиллах, игриво постукивая пальцами. Никто подадвинулся и тот тут же вцепился поцелуем в его губы. Все тот же вкус, все тот же запах. На Никто внезапно нахлынули какие-то непонятные чувства и он, расплаковшись, уткнулся Зиллаху в шею.
- Ну, ну, ты что ревешь? Я жив, и я тут, с тобой. Тебе бы следовало радоваться…
- Я рад, очень рад, - всхлипнул Никто, обнимая Зиллаха еще сильнее. – Я думал, что потерял тебя навсегда.
Зиллах перевернулся, опуская Никто на спину и удобно устраиваясь на его теле. Никто с удивлением рассматривал его казавшееся еще более красивым лицо. Растрепанные волосы были собраны за ушами, несколько выбившихся прядей спадали ему на виски и глаза, Никаких ран, никаких шрамов. Ничто не говорило о том, что еще совсем недавно это тело бесчувственно лежало на полу, истекая кровью.
Зиллах любовался Никто, с наслаждением проверяя в порядке ли его любовник, после чего снова наградил его пламенным поцелуем, игриво раскрывая языком губы.
Никто почувствовал, как тело налилось приятной истомой, волна блаженства накрыла его с ног до головы и он ритмично заерзал бедрами, переплетаясь с ногами Зиллаха. Тот в свою очередь раздвинул коленом нетерпеливые конечности, придавливая его пахом и удобно устраиваясь между его ног. Никто желал Зиллаха страстно и непреклонно, он буквально сходил с ума от накатывающей на него волны возбуждения, но Зиллах похоже не торопился заняться прямым делом: он ласкал и дразнил его своими руками и языком. Никто извивался под его телом словно уж, выпуская сдавленные стоны из нетерпеливо снующих по его плечам и шее губ. Зиллах вжимался в него все плотнее и плотнее, все больше придавливая его к кровати и терясь бедром о его пах. Никто чувствовал его жаркий язык на своей шее, мягкие губы, вжимавшиеся в его кожу и…
Внезапно острая боль пронзила его горло и от неожиданности Никто вскрикнул, дернувшись в сторону. Но Зиллах крепко вдавил его в матрац, не давая возможности выскользнуть. Он с остервенением присосался к прокушенной шее, с причмокиванием высасывая кровь. Никто не мог понять почему ему так больно, ведь Зиллах сто раз кусал его, и не только в шею, но в этот раз боль была просто обжигающей, зубы Зиллаха казалось раздирали его изнутри. Острые как бритва и горячие как огонь, они словно высасывали из него все силы. Он сдавленно хрипел и отпирался, но Зиллах умело перехватил его руки, с силой вжимаясь в них своими острыми ногтями. Никто показалось, что прошло уже минут десять, как его любовник присосался к нему. Постепенно он обмяк в его объятиях, чувствуя ноющую усталость во всем теле.
Наконец Зиллах оторвался от него и с наслаждением навис над Никто, уставившись довольными зелеными глазами на своего сникшего сынка. Никто ничего не понимал и тупо таращился на него в ответ, с ужасом чувствуя как к горлу подступает комок. Он не хотел плакать. Теперь это казалось ему низким и постыдным, он не хотел, чтобы Зиллах видел его таким.
На лице его папаши заиграла самодовольная улыбка. С подбородка стекала кровь и алыми каплями падала на грудь Никто. Зиллах немного отстранился, усаживаясь поудобнее, и Никто вдруг почувствовал, что его конечности оледенели, а тело покрылось мурашками – ему стало очень холодно.
- Этот урод всадил мне нож в висок, - спокойно сказал Зиллах.
Никто все-таки нашел в себе силы приподнятся на локтях и, взглянув во внезапно ставший скучным взгляд Зиллаха, тихо спросил:
- Зачем ты так со мной?
Зиллах приподнял бровь, уставившись на него своими зелеными огоньками:
- Зачем? А ты до сих пор не понял? Я делал все для тебя! А как ты со мной себя вел?
Никто потупил взгляд, не зная что ответить.
- Этот мудак всадил мне нож в висок!!! – Зиллах сорвался на крик. – Я ненавижу когда кто-то уродует мое лицо!!!
- Скажи спасибо, что ты вообще выжил, - недовольно буркнул Никто.
- Что?! – Зиллах впился своими ногтями в его подбородок, поднимая его и заглядывая в глаза своего любовника. – Ты кажется забываешься, мальчик. Это по твоей вине эти отморозки приперлись сюда, и если бы не я, они перебили бы всех вас!
Внезапно послышался поворот ключа в двери, и через секунду в комнату вошли Молоха и Твиг. Они тупо уставились на озлобленного Зиллаха и окровавленного испуганного Никто.
- Этот паршивец еще смеет дерзить мне! – он оттолкнул лицо Никто и быстро встал с кровати. Твиг усмехнулся, а Молоха с интересом вгрызся в шоколадку. – Ты меня рассердил, Никто! Очень сильно рассердил! И ты еще получишь за это сполна! Вот только сначала я полностью восстановлю свои силы, затем расчленю этих твоих придурков и уже после всего этого всласть поиздеваюсь над тобой, благо на это у нас еще много лет впереди!
Молоха подавился шоколадом и залился истеричным смехом. Твиг тут же поддержал своего собрата, смеясь и поддакивая. Зиллах окинул их хмурым взглядом, надел свою куртку и подошел к двери.
- Пора на охоту, - злобно произнес он, и с трудом угомонившиеся Молоха с Твигом подошли к нему.
- А ты, мой мальчик, - Зиллах язвительно скривил губы, глядя на Никто, - сегодня останешься голодным. И веди себя хорошо, не то папочка придумает тебе новое наказание, - с этими словами дверь хлопнула и послышался поворот ключа в замке.